Барханы, лысая голова, торчащая из песка, и нелепый латунный чайник в руках у браво поправляющего ремень товарища Сухова. Никого не смущало, и до сих пор не смущает, что, шагая по песку в ботинках с обмотками, красноармеец совсем не набирал его внутрь этих самых ботинок, драгоценная вода в чайнике, а не в герметичной фляге – еще одна колоритная странность. Да, фильм «Белое солнце пустыни» полон таких несуразиц, но от этого он не становится мене любимым.
Первый советский боевик или вестерн сразу собрал рекордные кассы, говорят, его ухитрились продать в международный прокат. Фильм полюбили советские зрители, любят и российские. Почему? Да он просто теплый, неофициальный…
Как и в любом советском фильме, в «Белом солнце» в общем – то эпохальный сюжет. Ни больше, ни меньше – присоединение Туркестана. Каспий, борьба за нефть, английское влияние, басмачи…
И в то же время, это фильм о простых людях. Нелепый, белобрысый Петруха большую часть фильма вызывает иронию и тем жальче мальчишку в конце.
Богатырь Верещагин. Недостижимая в СССР и тем – более в нынешней России мечта – неподкупный чиновник, искренне болеющий душой за свою страну.
Это вообще самая большая после Сухова фигура – настоящий, большой, живой человек.
А его жена – кто внимательно смотрел, тот уловил, как тонко режиссер противопоставил три женских образа: Суховскую идеальную березово – пышнотелую даму сердца и вполне реальных женщин. Юная, восточно – таинственная и по детски наивная Гюльчатай, и умудренная опытом хозяйственная жена государственного служащего. Как правило, все жалеют Гюльчатай, а меня больше тронула трагедия семьи Верещагиных. Словно жена декабриста, поехала она за мужем – таможенником на край света. Терпеливо строила свою маленькую вселенную в отдельно взятом доме, и в один миг потерявши все, брела потом по знакомому, но все же чужому каспийскому берегу…
Из этих, порой незаметных нюансов сложен весь сценарий фильма. И песни Окуджавы и Саидовское – «стреляли», пиалушки, из которых по жаре пили у Верещагина теплую самогонку – это настоящие, жизненные моменты, подсмотренные режиссером. Фильм пережил своего создателя – Владимира Яковлевича Мотыля. Талантливый режиссер ушел от нас 21 февраля, но все же остался с нами, незримо, в каждом кадре осиротевшего «Белого солнца пустыни»…